Уголовное дело банковской системы Росcии - Глава Первая

В 2016-м году Российская банковская система отмечала юбилей - 25-ти летие. Этого вполне достаточно, чтобы похитить и вывести за пределы страны триллион долларов. 

Глава Первая. Прелюдия

В год из России нелегально выводится около $49 млрд, признавался в прощальном перед отставкой интервью бывший глава ЦБ Сергей Игнатьев. За последние 15 лет объем сомнительных операций, которые нашли отражение в платежном балансе, составил половину триллиона долларов. Всего за 25 лет российские банки обналичили или вывели в офшоры порядка $1 трлн, оценивает владелец банковской группы, много лет занимавшейся обналичиванием и транзитом: рынок узкий, объем ежегодных операций примерно известен.

Представить один триллион долларов сложно: это чуть меньше ВВП России за прошлый год ($1,32 трлн) или бюджета Москвы за 50 лет и в 2,5 раза больше капитализации всего российского рынка акций. Чтобы перевезти триллион по железной дороге, понадобилось бы полностью заполнить больше 800 вагонов. А чтобы самостоятельно потратить, пришлось бы каждый день расставаться с миллионом долларов на протяжении трех тысяч лет.

В истории становления и трансформации теневого банковского рынка есть, кажется, все для идеального детектива: серый импорт и откаты из бюджета, аресты и убийства банкиров и силовиков, исчезновения миллиардов и комнаты с наличными. Как была устроена система, позволявшая большой части российской экономики оставаться в тени, и как она изменилась к 2016 году? Republic восстановил картину, поговорив с «черными» банкирами и сотрудниками правоохранительных органов и вооружившись материалами нескольких уголовных дел с допросами руководителей Центрального банка, прослушками и перепиской спецслужб.

Летом 2000 года Россия попала в черный список стран, которые не борются с отмыванием денег, – перечень был составлен межправительственной группой FATF, занимающейся борьбой с серыми схемами на финансовом рынке. Вряд ли это кого-то удивило. В то время обналичиванием или транзитом занимались абсолютно все банки; «Если не 100%, то хотя бы 95%», – рассказывает в разговоре с Republic владелец нескольких банков, которые в середине 2000-х играли заметную роль на рынке обналичивания. «Это не считалось чем-то из ряда вон выходящим в стране, где большая часть экономики была серой, – зарплаты в конвертах выдавали все, включая госкорпорации», – напоминает банкир. В ответ на обвинения FATF Госдума в 2001 году приняла закон о противодействии отмыванию средств, полученных преступным путем, и противодействии финансированию терроризма. Банки, участники рынка ценных бумаг, страховые и лизинговые компании теперь были обязаны выявлять подозрительные сделки и сообщать о недобросовестных клиентах.

В мае 2004 года Центральный банк впервые отозвал лицензию у банка за отмывание денег и финансирование терроризма. Первопроходцем стал Содбизнесбанк, который на момент отзыва занимал 111-е место по размеру активов (8,5 млрд рублей). Мотивы решения регулятора тогда казались настолько необычными, что первому зампреду ЦБ Андрею Козлову, в 2002–2006 годах возглавлявшему банковский надзор, пришлось посвятить этому событию отдельную пресс-конференцию.

Банк пытался сопротивляться. «Оснований для отзыва лицензии не было. Это произвол, и его нельзя оставлять без ответа», – возмущался его предправления Роман Петров (весной 2005 года по обвинению в преднамеренном банкротстве и незаконной банковской деятельности был приговорен к трем годам и восьми месяцам лишения свободы). Сотрудники Содбизнесбанка две недели отказывались впускать в центральный офис временную администрацию, здание в итоге пришлось захватывать с помощью ОМОНа.

На этом ЦБ решил не останавливаться. В 2004 году он отозвал еще одну лицензию за отмывание, в 2005 году – уже 20, в 2006 году – 23. «Этими банками за период их “активной деятельности” было обналичено больше триллиона рублей», – писал Игнатьев летом 2006 года тогда еще министру финансов Алексею Кудрину (здесь и далее цитируются документы, копии которых есть в распоряжении).

Борьба с обналичиванием скоро привела к коллапсу на банковском рынке. Недоверие к контрагентам выросло настолько, что банки стали закрывать лимиты друг на друга, рынок межбанковского кредитования остановился, население ринулось вытаскивать вклады, и банки, оставшись без средств, практически перестали заниматься кредитованием. Объем свободной ликвидности банковской системы за год после отзыва лицензии у Содбизнесбанка сократился с 600 млрд рублей до 300–350 млрд рублей.

Владелец Содбизнесбанка Александр Слесарев в октябре 2005 года был расстрелян, вместе с ним в машине ехали жена и дочь – обе погибли. Опасался за свою жизнь и Козлов. После отзыва лицензии у этого банка он в первый и последний раз попросил у главы ЦБ Сергея Игнатьева охрану. Походив с ней несколько недель, глава надзора от наблюдения отказался: «Захотят – убьют».

Андрей Козлов был убит вечером 13 сентября 2006 года. Нападение на него было совершено на стоянке манежа «Спартак», где он играл в футбол с другими сотрудниками ЦБ. Вместе с ним под пули попал водитель, скончавшийся на месте. Козлов, с ранениями в шею и в голову, умер в больнице, не приходя в сознание.

В суде дело об убийстве первого зампреда ЦБ слушалось в закрытом режиме.     

 Продолжение следует...