С апреля 2013 года надзорный блок ЦБ отозвал 311 банковских лицензий, в пресс-релизах по факту отзыва 74 из них упоминалось нарушение антиотмывочного законодательства.

Какой карт-бланш и гарантии безопасности получила от Владимира Путина в 2013 году Эльвира Набиуллина, неизвестно. Но уже через несколько месяцев после того, как она заняла пост главы ЦБ, Банк России в своем письме даст определение сомнительных операций и установит критерии «высокой вовлеченности» в них банковских организаций. Отныне банк должен попадать в поле зрения регулятора, если за последний квартал удельный объем сомнительных наличных и безналичных операций в объемах дебетовых оборотов по счетам юридических и физических лиц превышает 5%, или 5 млрд рублей.

В феврале 2014 года Набиуллина огласит первые результаты: во втором полугодии 2013 года объем вывода денег за рубеж сократился вдвое, а обналичивание – более чем на треть по сравнению с 2012 годом. По данным платежного баланса, во втором полугодии 2013 года совокупный объем сомнительных операций (с учетом статьи «Чистые ошибки и пропуски») составил $15 млрд против $22,15 млрд за аналогичный период 2012 года. За последние три года объемы сомнительных операций, по данным платежного баланса России, сократились с $38,8 млрд до $558 млн. Каким образом?

Лицензий стали лишаться даже ранее неприкосновенные банки, например, подконтрольный семье Булочников «Мастер-банк», в совет директоров которого входил двоюродный брат президента Игорь Путин. МВД просило отозвать у него лицензию еще в 2012 году, но Банк России сделал это только после прихода Набиуллиной – в качестве причины были названы «сомнительные операции» на 200 млрд рублей. В схемах «Мастер-банка» было задействовано около двух тысяч россиян, которые снимали средства в форме якобы полученных займов или в виде «доходов» по операциям с ценными бумагами, рассказывал зампред ЦБ Михаил Сухов.

Против банкиров стали массово открывать уголовные дела, чего никак не мог добиться Игнатьев. В апреле Тверской суд заочно арестовал бывшего предправления «Мастер-банка» Бориса Булочника, который до сих пор скрывается за границей. Шестого декабря был задержан предправления «Маст-банка» Юрий Пирогов, ставший фигурантом громкого уголовного дела о незаконном обналичивании через банк около 9 млрд рублей.

Набиуллина «действует очень грамотно, это единственная правильная хирургия», рассуждает банкир, чей бизнес в середине 2000-х был связан с обналичиванием. Бизнес становится опаснее. Посмотрите, сколько силовиков пересажали или выгнали. И спрос на эти серые услуги падает, люди реально приспосабливаются работать по-белому, – рассуждает он. – Возьмите строителей тех же самых: никто в системы оптимизации налогообложения, финансового планирования не вникал. Сейчас ничего, учатся».

Победить обнал совсем нельзя (этот тезис хорошо демонстрирует дело полковника МВД Дмитрия Захарченко, в квартире у родственницы которого при обыске нашли почти 9 млрд рублей). «Но можно загнать его в надлежащую нишу, уменьшив зло до разумного предела», – рассуждал в Forbes замначальника управления следственного департамента МВД Павел Сычев. Он сравнивает борьбу с обналом с борьбой с рейдерством: «Корпоративные конфликты при разделе имущества случаются, и всегда будут желающие легко его захватить, но сейчас таких дел значительно меньше, примерно двести в год». По его оценке, криминальным бизнесом по обналу станет невыгодно заниматься, если поднять ставки выше 10%. Представители ЦБ утверждают, что комиссия за незаконное обналичивание денег уже выросла до 15% от суммы.

«Банки понимают, что это очень опасный для них бизнес», и операции по обналичиванию постепенно уходят из банковского сектора, утверждал в феврале 2016 года зампред Центробанка России Дмитрий Скобелкин. Cама Набиуллина в октябре подвела итог трехлетней чистки банковского сектора так: в Financial Times она заявила, что в стране остается «не более десяти» банков, занимающихся сомнительными операциями. Для сравнения: весной 2013 года регулятор считал, что таких банков 150. Кого имела в виду Набиуллина, неизвестно. Но в системе по-прежнему остаются финансисты вроде Евгения Двоскина, который подозревался в мошенничестве и отмывании денег в нескольких странах, а в начале 2015 года стал акционером Генбанка, второго по величине в Крыму. Банк России из-за беспокойства по поводу финансовой стабильности Генбанка и репутации Двоскина в 2014 году пытался помешать расширению сети банка на полуострове, но эти попытки были блокированы благодаря «мощным политическим связям» Двоскина, сообщало агентство Bloomberg со ссылкой на свои источники. Двоскин все подозрения отметает: Генбанк, по его словам, прошел тщательную проверку регуляторов, а все утверждения о возможной причастности к обналичке – ложь: «Разве то, что я был под защитой ФСБ, означает, что я отмываю деньги для них?» 

В 2016-м году Российская банковская система отмечала юбилей - 25-ти летие. Этого вполне достаточно, чтобы похитить и вывести за пределы страны триллион долларов. Продолжается ли отмывание и вывод сейчас? Возможно это уже материалы других уголовных дел